Главная страница » К 135-летию Городского училища в Усть-Каменогорске

К 135-летию Городского училища в Усть-Каменогорске

Народное образование, школы, учителя и ученики – это одна из самых интересных тем в истории города. Особенно интересно то, что было, как говорится, сто лет назад, и потому, что касается людей, старожилов города. До сих пор еще в музее, в разделе истории дореволюционного образования, посетители находят на фотографиях своих бабушек и дедушек. В историко-краеведческом музее собрана достаточно большая коллекция документов, фотографий, чтобы рассказать о всех городских учебных заведениях, их учителях, выпускниках, которые оставили след в истории города. Но сейчас мы остановимся на одном из них – Городское мужское училище. В 1881 году, сто тридцать пять лет назад, в Усть-Каменогорске было открыто Городское училище, которое стало общеобразовательным учебным заведением для детей, кому мало было начального училища, но и не было средств на среднее образование в другом городе. Например, в Семипалатинске или в Омске. Городские училища не задавались целью подготовить учеников в высшую школу, а имели свою особую пятилетнюю программу, дающую детям всех сословий начальное умственное и религиозно-нравственное воспитание. Городские училища имели свою форму, состоящую из черных фуражек с красным кантом и околышем, с черным лакированным козырьком. Эмблема помещалась на околыше и представляла собой позолоченный венок с монограммой «ГУ». Зимой учащиеся ходили в черных косоворотках и в черных брюках. Летом носили коломенковые (прочная мягкая льняная ткань) косоворотки с медными выпуклыми пуговицами без эмблемы. Полагалась им также двубортная шинель с красными петлицами, но обычно учащиеся – дети бедных родителей, рабочих, мелких служащих – из всей формы носили только фуражки или ремни, на пряжке которых была монограмма «ГУ». 

Первый класс был подготовительным, там был один учитель. Последние годы училища им была Вивея Александровна Дагаева. На протяжении следующих четырех лет изучались предметы: Закон Божий, церковно-славянский язык, русский язык, русская литература, арифметика, геометрия, естествознание, физика, история, география, чистописание, черчение и рисование, иностранный язык, пение, гимнастика, военное дело. Лучшим учеником по итогам года выдавались Похвальные листы – «В награду отличных успехов и прекрасного поведения». После окончания училища вручались аттестаты, которые давали определенное преимущество при поступлении на государственную службу и некоторые льготы в отношении воинской повинности.

В 1886 году, т.е. сто тридцать лет назад, в городе произошло еще одно знаменательное событие: 29 сентября городской Думой принято постановление «О переносе 3-х классного Городского училища в ныне оконченное постройкою какменное здание…» В то время это было самое большое и самое красивое каменное здание в городе.

Каждое учебное заведение, даже в нашем провинциальном Усть-Каменогорске, жило своей внутренней жизнью. Но мы можем заглянуть в нее благодаря музейным документам, воспоминаниям их воспитанников. Они позволяют представить дух заведения, царившей в ней атмосферы, уклад, порядок, взаимоотношение между его обитателями. Все бывшие ученики очень тепло отзываются обо всех учителях, о том, как хорошо их учили. Например, Лебедев Зосима Алексеевич, выпускник 1916 года, после пяти лет обучения в Городском училище на конкурсном экзамене в высшее военное топографическое училище по математике и геометрии получил пятерки. И благодарен за это математику Любомудрову Д.Н.

Как в любой школе ученики замечали и ценили хорошие черты своих учителей, но и другое видели. И ученики-то одни мальчики, как тут без подковырок и шуток!

Григорий Евграфович Псарев, страстный охотник и любитель природы, был умен, добр. Ученики говорили, что широким густобровым лицом, почти квадратной фигурой он напоминает дедушку Крылова. И все знали, что временами, особенно после крупного проигрыша в карты, бывал он раздражителен и вспыльчив до бешенства. Тогда самый ничтожный повод – недостаточно остро заточенный кусок мела, не стертая с кафедры пыль – вызывали у него приступ гнева. Псарев, не помня себя, хватал дежурного, сидящего на первой парте за плечо и волочил вместе с партой к доске. Он действительно обладал медвежьей силой. Как-то удалые головорезы из выпускного класса решили померяться силой с инспектором.

Дежурный Саша Неделько легко вызвал вспышку гнева у старика. Лишь только Псарев схватил дежурного, сосед Саши и два здоровяка братья Ефремовы, сидевшие на второй парте, ухватились за него, пытаясь удержать парту и Сашу. Не помогло! Две парты с сидящими на них четырьмя учениками поехали к кафедре. Вдруг у Саши с треском оторвался рукав рубахи, а Псарев отлетел к кафедре, сбил ее с постамента и шлепнулся на пол. Класс замер! Видя, что учитель плохо соображает в данный момент, Саша и Гоша Ефремов подбежали к нему, помогли подняться, усадили на стул, поставили на место кафедру. Придя в себя Григорий Евграфович протянул оторванный рукав Саше, буркнув «хорошо, что рукав, а то мог бы и руку..». Следом достал малиновую десяти рублевку и отдал Саше на новую рубашку. Не дождавшись звонка, забыв журнал, он ушел с урока. Ученики договорились об этом никому не рассказывать, все любили этого вспыльчивого доброго толстяка, который всегда был справедлив и одинаков в обращении с детьми богатых и бедных родителей, способными учениками и не очень.

Все педагоги были в чем-то особенны, о всех помнили и вспоминали с любовью: Александр Иванович Михайлов, Никандр Платонович Домоховский, Александр Мелентьевич Волков, Владимир Лукич Шкарпетин, Александр Сидорович Цибенко, Александр Иванович Седельников, Павел Яковлевич Кусков, Иван Лукич Молодов. И все же были среди них яркие, очень привлекательные фигуры. Клавдий Михайлович Попов преподавал историю и географию. Все, начиная с внешности до образа жизни, казалось в нем необычным. Бронзово смуглый, стройный, с тонким лицом. Одевался он во все черное – от фуражки до блестящих лаковых сапог и лайковых перчаток. В обращении с учениками он был всегда ровен, никого не выделял. Особым вниманием на уроках пользовались слабые ученики.

О широте и глубине знаний учителя тоже говорили немало. Удивлялись, что Клавдий Михайлович получает целые ворохи газет и журналов, тогда как остальные учителя в редком случае выписывали лишь «Ниву» или популярный «Вестник знания».

Кроме широты знаний и педагогических способностей, Клавдий Михайлович обладал еще одним замечательным качеством – верой в человека. Он был глубоко убежден, что всякий ребенок рождается, чтобы стать творцом, и святая обязанность учителя – даже в самом ленивом, нерадивом ученике разбудить его творческие начала.

Попов не пил, не играл в карты, был холост, ни за кем не волочился – это тоже удивляло окружающих в провинциальном городе.

Примечательной фигурой в училище был законоучитель протоирей Александр Владимирович Дагаев. Из года в год за ним сохранялось среди учеников прозвище «протопоп Аввакум». Дагаев был очень строг в требованиях к своему предмету. Даже малая заминка в тексте катехизиса вызывала у него целую бурю гнева. Он признавал только две отметки – единицу и пятерку. Это был человек стремительных скоростей во всем. Ходил о. Александр по коридору, по классу всегда так быстро, что прежде всего были видны его густые рыжие кудрявые волосы. Его приезд ученики ждали, выглядывая в окно со второго этажа. Дагаев! – проносилось по классу, и все замирало в трепетном ожидании. Бросив у коновязи лошадь, законоучитель, как буря, пробегал по лестнице, стремительно сбрасывая калоши и одежду в раздевалке для учителей, и врывался в класс. Ученики встречали его стоя уже с того самого момента, когда он, шумя шелковой рясой, еще шагал по коридору. Все отлично знали, что за урок Дагаев обычно спрашивал только одного ученика. После плохого ответа он долго ругал нерадивого ученика и убегал из класса, а после хорошего ответа начинал рассказывать занимательные истории. Впрочем все ученики знали, что о. Александр очень отходчив, быстро забывает неприятные эпизоды. Даже очень злую шутку, когда «шутники» прибили его калоши гвоздями к полу, и он грохнулся в раздевалке во весь рост, простил ученикам первого отделения. Смеялся даже иногда над этой выходкой учеников.

Еще один учитель носил бессменное прозвище – «Бесхвостый Воробей». Так прозвали учителя пения Александра Александровича Козлова. За малый рост, юркость, задиристость с начальством к нему прочно пристало это прозвище. Он был молод, образован, немного чудковат. Когда появился в училище выглядел шокирующе – носил длинные, до самых плеч, волосы, тонкие как у китайца опущенные ниже подбородка усы. На уроках рассказывал ученикам анекдоты из жизни духовенства и всегда первый заразительно смеялся над ними. Однажды он пришел в училище, когда все ученики были собраны в актовом зале на утреннюю молитву, бритым наголо. Сбрил он не только волосы и усы, даже брови, и остриг ресницы. Как регент, всегда управляющий училищным хором, Козлов прошел вперед и встал рядом с инспектором Г.Е. Псаревым. Взмахнув камертоном, он нечаянно задел рукой смотрящего на икону инспектора. Толстяк Псарев взглянул на регента и оторопел. Сложенная в щепоть, занесенная для крестного знамения рука замерла на полпути, небольшие медвежьи глазки испуганно выпучились. И этот растерянный вид инспектора и необычная круглая, блестящая, как бильярдный шар, голая голова Козлова показались такими смешными, что все пятьсот человек учеников, все учителя и даже суровый преподаватель Закона Божьего о. Дагаев разразились таким согласным хохотом, какой вряд ли когда еще слышали стены городского училища.

Говорил Александр Александрович отрывисто, ходил, забавно размахивая руками, точно собирался вспорхнуть. Отсюда и прозвище. Пение любил, но сам был безголос. Обожал скрипку, почти не расставался с ней, а играл плохо. Не играл, а «пиликал-чирикал», так смеялись над ним ученики. Но хором руководил очень хорошо. Со временем остепенился, уже не стал собирать косые взгляды горожан.

За годы существования училище выпустило очень много учеников, которые стали хорошими людьми, очень известными, которые оставили яркий след в истории родного города. Во многих из них умелые педагоги разбудили и развили разные интересы и способности, позволившие им освоить разные профессии. Яркой, но короткой стала судьба революционеров Я.В. Ушанова и С.И. Рябова.

Учителя: Рябов П.И., Новиков Г.И., Кайгородцев И.Ф., Горохов Д.И., Варагушин П.С., Лях А.И.

Писатели: А.М. Волков, Д. Черепанов, Е. Пермитин.

На слуху до сих пор такие фамилии как П.Ф. Столбов, В.К. Бобров, В.О. Костюрин, З.А. Лебедев, М.В. Горохов, А. Ищенко, И. Петров, Н. Щербаков и другие.

Музейное собрание бережно хранит документы, фотографии, учебники, которые дают возможность представить очень полно историю школьного образования в старом Усть-Каменогорске. И все же главное в этой коллекции – люди, дорогие нам лица и судьбы строившие наш город, создавшие его прошлое.

 

Областной историко-краеведческий музей

Г. Кущ   

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.